Как фигуристки ЦСКА пережили обрушение крыши родного катка и подготовку к финалу Гран-при на чужом льду
Ночью 20 февраля в московском фигурном катании произошло событие, которое многие до сих пор называют чудом без жертв. Обрушилась крыша тренировочного катка ЦСКА — легендарной арены, на которой годами шлифовали свои программы Марк Кондратюк, Александр Самарин, Александра Трусова, Аделина Сотникова и целая плеяда других ведущих спортсменов.
Еще совсем недавно на этом льду ежедневно работали группы под руководством известных тренеров — Елены Буяновой, Анны Царевой, Екатерины Моисеевой. Для их учениц эта площадка была не просто местом тренировок, а настоящим домом: своим льдом, отлаженным расписанием, привычной атмосферой. И именно по этой причине последствия ЧП оказались для фигуристок не только организационными, но и психологическими.
После обрушения крыши спортсменов в срочном порядке распределили по другим аренам. Но свободного льда в Москве всегда не хватает, особенно в разгар сезона, когда все готовятся к главным стартам. В результате многие группы оказались буквально «утрамбованы» в ограниченные временные слоты, с сокращенными часами и перегруженными тренировочными сессиями. Для тех, кто борется за медали на крупных турнирах, такие перемены — серьезное испытание.
Юная София Дзепка, выступающая по юниорам, сумела адаптироваться к новым условиям и, несмотря на переезд на другой каток, выиграла финал юниорского Гран-при. Для взрослых спортсменок все оказалось сложнее. Фигуристки Мария Елисова и Мария Захарова, представляющие ЦСКА и выступающие уже на «взрослом» уровне, в этот раз остались без наград. Обе признают: внезапные изменения тренировочного процесса существенно ударили по подготовке к главным стартам.
Мария Елисова не скрывает, что перемена льда и графика стала серьезным фактором, повлиявшим на ее состояние:
«Это осложнило мою подготовку. Очень непривычно было выходить на новый лед, когда столько лет откатываешься на одном и том же катке. Льда то не хватало, то, наоборот, народу было слишком много — приходилось делить площадку сразу с несколькими группами. Комфортной, привычной работы не получалось. Но что есть, то есть — приходилось подстраиваться», — рассказывает фигуристка.
Ее коллега по ЦСКА, бронзовый призер чемпионата России 2026 года Мария Захарова, говорит еще жестче:
«Стало намного сложнее. На одном льду собиралось сразу очень много людей, лед делили между множеством групп. Честно, это была настоящая каша: ни нормально проехать, ни спокойно подготовиться. Есть спортсмены, которые вообще никого вокруг не видят — просто делают свое, и траектории постоянно пересекаются. Времени на тренировку нам дали примерно вдвое меньше обычного. Это выбило из привычного ритма, настрой тоже пострадал. Но с другой стороны, надо быть готовой ко всему и уметь выступать в любых условиях», — говорит 18-летняя спортсменка.
Для фигуристов, особенно одиночников, наличие стабильного тренировочного процесса — критически важный фактор. Прыжковые элементы высшей сложности, сложные каскады, выезды и заходы требуют многократных повторений в одинаковых условиях: того же качества льда, схожей температуры, понятной ширины и длины площадки. Когда за короткий срок приходится менять лед, расписание и даже хореографические залы, организм и «мышечная память» реагируют не лучшим образом. Отсюда — сбои в прокатах, потеря уверенности, а иногда и повышенный риск травм.
Особенно тяжело адаптация дается тем, кто находится на стыке важнейших стартов сезона. Финал Гран-при — турнир, где цена ошибки чрезвычайно высока. Любой недокрут, помарка на дорожке шагов или срыв в произвольной программе могут стоить нескольких мест в турнирной таблице. Для Елисовой и Захаровой, которые борются за стабильное присутствие в числе сильнейших в стране, подобные обстоятельства стали серьезным препятствием.
Не стоит забывать и о психологической составляющей. Для многих спортсменов каток ЦСКА был местом, где прошли их детство и юность, где они сделали первые элементы, куда приходили каждый день годами. В одночасье лишиться такой точки опоры — серьезный удар. Даже если объективно над участницами ЧП не нависала непосредственная угроза, сама мысль о том, что крыша любимого катка рухнула, вызывает шок и тревогу. Особенно если вспомнить, что это могло случиться днем, когда на льду и трибунах находятся десятки людей.
Тренеры тоже не скрывали эмоций. Один из наставников говорил, что «чудом удалось избежать жертв» и подчеркивал, что весь тренерский штаб находится в состоянии сильного потрясения. Руководство арены ждёт результатов экспертизы: только после заключения специалистов станет ясно, подлежит ли каток восстановлению и в какие сроки это может случиться.
Елена Буянова подчеркнула, что речь идет не просто о спортивной площадке, а об объекте с огромной историей:
«Это каток с большим прошлым: здесь выросли олимпийские чемпионы, чемпионы Европы и мира. Очень хочется верить, что его удастся сохранить и восстановить. Для нашего вида спорта это место имеет особое значение», — отмечает тренер.
Пока судьба арены остается неопределенной, спортсменам и наставникам приходится выстраивать жизнь заново: договариваться о времени на других катках, подстраиваться под чужие графики, ужимать программы и тренировочные сессии. Для топовых фигуристок, владеющих сложнейшими прыжками и элементами высшей категории, это критически важно — им нужно не просто выходить на лед, а иметь возможность качественно отрабатывать каждую деталь.
В условиях дефицита льда тренерам приходится пересматривать методику:
— сокращать количество полных прокатов программ,
— больше времени уделять «сухой» подготовке и ОФП,
— детально разбирать отдельные элементы, вместо того чтобы «гонять» всю программу целиком.
С одной стороны, такой подход может помочь избежать перегрузок и бережнее относиться к здоровью спортсменок. С другой — отсутствие привычного объема работы на льду сказывается на выносливости и стабильности в конце программы, когда накапливается усталость и возрастает вероятность ошибок.
Нынешняя ситуация еще раз показала, насколько уязвимой может оказаться спортивная инфраструктура, даже если речь идет об одной из ключевых арен столицы. Для ведущих фигуристок страны потеря родного катка означает не только временные бытовые неудобства, но и прямое влияние на спортивные результаты, планы на сезон и перспективы в сборной.
Однако и Елисова, и Захарова подчеркивают: несмотря на все сложности, опускать руки никто не собирается. Спортсменки продолжают искать в этой экстремальной ситуации точки роста — учатся быстрее адаптироваться к новым условиям, работать в условиях дефицита времени и пространства, сохранять концентрацию, когда вокруг много людей и постоянное движение.
В перспективе подобный опыт может стать для них важным ресурсом. На крупных международных стартах фигуристам нередко приходится выступать на незнакомых аренах, с другим качеством льда, в непривычных условиях разминки. Те, кто научился сохранять хладнокровие в подобных обстоятельствах, нередко оказываются в выигрыше.
Пока же спортсменкам, тренерам и болельщикам остается ждать итогов экспертизы и решений по судьбе катка ЦСКА. Для российского фигурного катания важно, чтобы эта площадка с богатой историей не превратилась в еще одну «потерянную арену», а была восстановлена и вновь стала домом для новых поколений чемпионов.
А сами фигуристки продолжают работать на том льду, который им доступен сегодня, стараясь не только вернуться на прежний уровень, но и доказать, что даже обрушившийся потолок не способен остановить тех, кто привык падать и подниматься — и на прыжках, и в жизни.