Мама российского фигуриста Петра Гуменника, Елена, подробно высказалась о неожиданно возникших трудностях с музыкальным сопровождением его короткой программы на Олимпийских играх в Милане. По ее словам, проблемы связаны с авторскими правами на композицию, под которую фигурист готовился выступать, и удар пришелся именно по ее сыну.
Ранее стало известно, что команда 23‑летнего спортсмена столкнулась с ограничениями на использование музыки из произведения «Парфюмер». О том, что с музыкальным оформлением программы возникли юридические сложности, тренеры и сам фигурист узнали буквально за несколько дней до старта олимпийского турнира в мужском одиночном катании. До короткого проката остаются считаные дни, а это означает, что времени на поиск альтернативы и внесение изменений в программу практически нет.
Елена Гуменник подчеркнула, что сложившаяся ситуация носит выборочный характер.
«Известно, что правообладатели отозвали разрешение именно для русского атлета», — написала мама фигуриста.
По ее словам, ранее разрешение на использование этой музыки было получено официально, и команда Петра строила подготовку, исходя из уверенности в юридической чистоте программы. Однако теперь их поставили перед необходимостью в экстренном порядке менять музыкальный материал или даже всю концепцию короткого выступления.
На фоне этого в спортивной среде уже обсуждается возможный выход: Петр Гуменник может вернуться к прошлогодней короткой программе под саундтрек к фильму «Дюна». Этот прокат хорошо знаком как самому фигуристу, так и судьям, а постановка отработана до автоматизма, что в условиях дефицита времени выглядит наиболее реалистичным вариантом. Однако подобная вынужденная смена программы за несколько дней до старта — серьезный стресс для спортсмена, который готовил новый образ под Олимпиаду и рассчитывал произвести впечатление свежей постановкой.
Для фигурного катания вопрос авторских прав в последние годы стал особенно острым. Использование музыки на крупных международных соревнованиях требует не только творческого согласия автора или правообладателя, но и строгого соблюдения юридических формальностей. Отдельные компании и фонды ужесточают политику в отношении использования своих произведений на спортивных шоу и турнирах, особенно если дело касается трансляций на телевидении и в цифровых сервисах. Любая неточность или изменение позиции правообладателя влечет за собой запрет на публичное исполнение композиции.
Когда подобная проблема возникает за несколько месяцев до старта, тренеры и постановщики имеют возможность спокойно найти новую музыку, переделать программу, адаптировать шаги, элементы и акценты под другое музыкальное решение. Но ситуация, в которой команда узнает об отзыве разрешения всего за три дня до соревнований, фактически лишает спортсмена возможности полноценно перестроиться. В фигурном катании музыка — это не фон, а основа программы, вокруг которой выстраивается хореография, расстановка прыжков, акцент в компонентах и даже эмоциональная подача.
Особенно болезненно это может сказаться на психологическом состоянии спортсмена. Петр Гуменник готовился к Олимпиаде-2026 как к главному старту цикла, отрабатывая детали образа, связки и взаимодействие с музыкой на протяжении многих месяцев. Переход на старую программу под «Дюну», пусть даже хорошо знакомую, означает частичную потерю того художественного замысла, с которым он собирался выйти на олимпийский лед. Для фигуриста, делающего ставку не только на технику, но и на выразительность, это может восприниматься как лишение важной части его творческой идеи.
При этом с точки зрения стратегии использование уже обкатанной программы способно уменьшить риски. Судьи знают, как спортсмен справляется с этим материалом, тренерский штаб понимает, где программа стабильна, а где возможны погрешности. В условиях, когда времени на репетиции новой постановки почти нет, возвращение к проверенному варианту позволяет хотя бы сохранить техническую надежность. Однако в Олимпийских играх часто решают нюансы, и свежая, яркая программа могла бы добавить Петру дополнительные очки в компонентах и произвести более сильное впечатление.
Важно и то, что выборочность отзыва разрешения вызывает вопросы о равных условиях для всех участников. Если композиция продолжает использоваться другими спортсменами или в иных проектах, а ограничение распространяется только на одного атлета, неизбежно появляются сомнения в объективности таких решений. Елена Гуменник именно на этом делает акцент, подчеркивая, что удар пришелся конкретно по российскому фигуристу. Для семьи и самой команды это выглядит не просто как техническая заминка, а как проявление несправедливости по отношению к спортсмену.
С технической точки зрения смена программы в последний момент влечет целую цепочку изменений. Нужно вновь утверждать музыку, корректировать заявки, при необходимости вносить правки в протокол элементов. Хореографы и тренеры в сжатые сроки пытаются освежить в памяти старые связки, подстроить текущую форму фигуриста под прежний хронометраж и структуру программы. Даже костюм, задуманный под образ из «Парфюмера», может не подходить к стилистике «Дюны», и это также приходится решать буквально на бегу.
Психологическое давление усиливается еще и тем, что Олимпиада — турнир, в котором спортсмен и так испытывает максимальное напряжение. Любой форс-мажор за кулисами способен выбить из привычного ритма, нарушить концентрацию и уверенность в себе. Для одиночников, где каждая ошибка в прыжке может стоить не только медали, но и попадания в произвольную программу, стабильное эмоциональное состояние иногда важнее даже мелких технических доработок. В такой обстановке поддержка со стороны семьи, в том числе матери, приобретает особое значение.
Истории с авторскими правами в фигурном катании, как правило, остаются за кадром, но на практике влияют на множество карьерных решений. Некоторые тренеры заранее отказываются от очевидно сложных с юридической точки зрения композиций, выбирая более «безопасный» репертуар. Другие идут на риски, рассчитывая, что переговоры с правообладателями завершатся успешно. Случай с программой Гуменника показывает, что даже при первоначальном согласовании музыки нет стопроцентной гарантии, что позиция держателей прав не изменится в последний момент.
Ситуация вокруг короткой программы Петра Гуменника на Олимпиаде в Милане стала показательной: один юридический нюанс способен перечеркнуть месяцы подготовки и заставить спортсмена в срочном порядке перестраивать планы. Для болельщиков это может остаться лишь заметкой в новостях, но для самого фигуриста и его окружения — это история о том, как внешний фактор вмешивается в спорт, где решать должны лед, техника и искусство, а не непредсказуемые решения правообладателей.